Вестник гражданского общества

25.08.2017

На свободу вышел «болотник» Иван Непомнящих

Иван Непомнящих и его общественный защитник Сергей Шаров-Делоне. Фото: Елена Санникова
 
 
24 августа из ярославской колонии вышел на свободу Иван Непомнящих, осужденный на 2,5 года по «болотному делу». Непомнящих освободился прямо из штрафного изолятора, куда его поместили за трое суток до окончания срока лишения свободы. Всего за время заключения он провел в ШИЗО 58 дней. Под конец срока по иску колонии суд установил для Ивана Непомнящих административный надзор на два года.
 
«В день освобождения поддержать и встретить Ивана приехали родные, сотрудники «Общественного вердикта», «Руси сидящей», другие фигуранты «Болотного дела», журналисты, активисты и другие неравнодушные люди», - написала в своем Фейсбуке адвокат Непомнящих Ирина Бирюкова.
 
Иван Непомнящих стал тридцать третьим фигурантом «болотного дела». 23 декабря 2015 года Замоскворецкий районный суд приговорил инженера-проектировщика НПО «Родина» Ивана Непомнящих к двум с половиной годам колонии общего режима. Его признали виновным в участии в массовых беспорядках (часть 2 статьи 212 УК) и применении насилия к представителю власти (часть 1 статьи 318 УК). По версии следствия, 6 мая 2012 года во время столкновений протестующих с полицией на Болотной площади Непомнящих пытался воспрепятствовать задержанию «агрессивно настроенных граждан» и несколько раз ударил руками и зонтом полицейских Виктора Колмакова и Евгения Гаврилова, чем причинил им боль и страдания. Сам Непомнящих свою вину отрицал.
 
Наказание Иван Непомнящих отбывал в ярославской колонии № 1. 20 апреля его впервые поместили в ШИЗО. 24 апреля он рассказал адвокату Ирине Бирюковой, что его и других заключенных, находившихся в ШИЗО, избили сотрудники ФСИН во время массового обыска; об избиении открыто говорили еще двое осужденных — Руслан Вахапов и Евгений Макаров. После этого всех троих регулярно водворяли в штрафной изолятор (ШИЗО).
 
ЕСПЧ потребовал, чтобы российские власти применили «срочные меры» после жалобы заключенных. СК отказался возбуждать дело об избиении Непомнящих, Макарова и Вахапова, но в конце июня решение отменили. Во ФСИН настаивали, что силу к Непомнящих применили обоснованно вообще его не избивали — это был «загиб руки за спину» при «плановом обыске». Юристы «Общественного вердикта» добиваются расследования пыток в колонии.
 
В апреле 2017 г. Иван Непомнящих подал ходатайство об условно-досрочном освобождении. Заволжский суд Ярославля назначил рассмотрение этого ходатайства на 1 сентября, то есть через неделю после окончания срока фигуранта «болотного дела».
 

Корреспондент «Медиазоны» Анна Козкина дозвонилась Непомнящих и расспросила его об условиях содержания в колонии и первых впечатлениях от свободы.
 
— Какие у вас ощущения от свободы?
 
— Каких-то особенных ощущений я не чувствую, возможно, потому что там еще остались люди, которые пишут заявления об избиениях. Чего-то особенного я не ощущаю.
 
— Какие у вас были отношения с администрацией? Правильно я понимаю, что конфликт начался с вашего водворения в ШИЗО?
 
— Да, да. 20 апреля меня посадили в ШИЗО по какому-то абсолютно надуманному поводу. Вроде как я не выполнил команду отбой. На следующий день сюда пришли «маски» — ну это спецназ — и нас всех избили. И с тех пор поехало. Я на них написал заявление. Как только пишешь заявление, ты сразу становишься врагом номером один для начальства, и с тобой начинают разбираться. Вот с этого все началось.
 
— Вы в первый раз видели такое насилие?
 
— Да нет, я был на Болотной, на Болотной я видел в первый раз насилие над людьми. А здесь это все только повторилось.
 
— Что удивило в колонии за это время?
 
— Уровень средневековья, наверное. В принципе вся исправительная система нелепа — начиная от того, что человека можно «исправить» и заканчивая правилами внутреннего распорядка. Все эти правила. Абсолютная ахинея и чушь все эти правила. И самое главное, сотрудники абсолютно не понимают, зачем они нужны. Они думают, что они сторожа. Вот есть какие-то люди, которые их зачем-то поставили охранять и сказали: «Будет все тихо — будем платить тебе зарплату». Вот такой логикой они руководствуются в своей деятельности.
 
— Какая в колонии ситуация сейчас? Почему вы по-прежнему беспокоитесь о тех, кто остался там?
 
— Ну, Руслан Вахапов. За то, что он пишет жалобы, его катают. Так как его защитой занимается «Общественный вердикт», его не бьют. Потому что к нему привлечено внимание. Если бы внимания к нему привлечено не было, его бы там избивали постоянно. Такая у них логика: «Ты нам сделал плохо — мы тебя изобьем». Поэтому единственный вариант, какой остается у них в руках, это глупые абсолютно ПВР (правила внутреннего распорядка — МЗ), которые позволяется трактовать в удобную для них сторону. И они по этому ПВРу постоянно катают. Он сейчас в ШИЗО сидит.
 
Мы вместе с ним сели 9 июня. Я вышел через 34 дня, он вышел с перерывом на один день только в пятницу. Вчера он был еще в жилой зоне. Сейчас я не знаю, где он находится.
 
— А Евгений Макаров? Он тоже открыто говорил о случившемся.
 
— Евгений Макаров, да, тоже его не выпускают из ПКТ — помещения камерного типа. Оно находится в том же здании, в котором находятся камеры ШИЗО, и от камеры ШИЗО ничем абсолютно не отличается. Там так же холодно, весной там невозможно сидеть от холода. И он там сидит в ПКТ. Его также периодически катают — в другую камеру переводят в том же здании, а по сути посадили в ШИЗО.
 
— Администрация действовала с вами осторожнее, потому что вы по громкому политическому делу заключены?
 
— Да, они понимали. По крайней мере, пока начальником был господин [Александр] Чирва. Насколько я понимаю, он все осознавал, поэтому особо не дергал меня. Как только он ушел в отпуск 20 апреля, и зам господин Михайлов стал исполняющим обязанности начальника, нас всех избили. В том числе меня избили, Руслана избили. Его били прямо перед всей зоной на плацу. Прямо выдернули из строя. Идет строем отряд, человек сто, и маски стоят вокруг. Его выдергивают, начинают избивать ногами, потом в наручники его заковали и через весь плац протащили в штаб, и в штабе его добивали ногами. Он после этого два дня кровью в туалет ходил. Так они никогда не делали, потому что это грозит бунтом. Руслан сдержался, не закричал, не попросил никого ему помочь. Я считаю, что только из-за этого бунта не случилось. Наша позиция такая: мы полагаем, что, став исполняющим обязанности начальника колонии, господин Михайлов захотел стать начальником, выслужиться — и вот он решил устроить такой «бунт», подавить его и получить все привилегии. Когда Руслана избивали, ему говорили фразы, которые об этом свидетельствуют.
 
— Как вы сами считаете, почему открыто говорить об избиении согласились только вы, Вахапов и Макаров?
 
— Заключенные боятся писать, потому что когда начинаешь писать жалобы, становишься личным врагом каждого из сотрудников колонии. Тебя будут катать в ШИЗО, на кичу, посадят туда, потом в СУС. Писателей здесь не любит никто. Ты можешь противодействовать этой системе, используя методы криминальной субкультуры, тебя не так сильно будут катать, как в том случае, если ты начнешь писать. Кроме того, жалобы из этой колонии так же, как из всех остальных колоний, не выходят никуда. Они жалобу в прокуратуру отсюда не направляют. Если обычный заключенный напишет жалобу в прокуратуру, ее, во-первых, не отправят, во-вторых, раньше бы его точно побили и посадили в ШИЗО.
 
— Как-то повлияло на общение с другими заключенными и администрацией ваше дело?
 
— Нет, это никак не сказывалось. До меня же Дима [Ишевский, также осужденный по «болотному делу»] первый все-таки приехал сюда. Когда он сюда приехал, администрация пыталась на него оказать какое-то давление. А со мной — нет. Меня только спросили, зачем я туда ходил, буду ли я еще раз ходить. Я сказал: ходил и буду ходить. И все, на этом ограничились. Среди заключенных — как и на свободе: большая часть индифферентна к этому вопросу, кто-то интересуется, кто-то против. Интересующихся и тех, кто ярые противники, мало; в основном всем плевать. Поэтому среди заключенных мы это не обсуждали.
 
— Если бы вы понимали, чем это обернется, все равно вышли бы на Болотную тогда?
 
— Да, вышел бы. На Болотную я шел осознанно.
 
— Вам назначили административный надзор. Как вы воспринимаете это?
 
— Это какая-то совершенно средневековая норма в законодательстве. Если его назначат, у меня остается единственный способ выражения [своей политической позиции] — одиночный пикет. Там запрещено мне на массовые [мероприятия] ходить, но одиночный мне никто не запрещал. Но вообще это абсолютная чепуха — не знаю, что делать с этим надзором. Надо его отменять. Дали мне ограничения с десяти [вечера] до шести [утра] дома быть, не выезжать из Московской области. За любое из этих нарушений меня могут снова в колонию посадить.
 
— Вы работали в оборонном НПО «Родина». Вы планируете туда возвращаться или собираетесь сменить деятельность?
 
— Могу сказать только в общих чертах, что цель моя — это профессиональный рост, от которого я не отказался за два с половиной года. Все, что я смогу делать, я буду делать. По поводу моей конкретно конторы, где я работал — это государственное предприятие, и меня туда уже никто не возьмет работать.
 
— Что планируете, когда вернетесь, в первую очередь сделать?

 
— Мне очень хотелось бы сходить на концерт классической музыки. Но в связи с надзором я же не могу посещать массовые мероприятия.
 
— Сейчас еще рассматривается дело Дмитрия Бученкова — это на сегодня последний фигурант «болотного дела». Планируете ходить к нему на заседания?
 
— Да, конечно, я бы с удовольствием с ним встретился.
 
— Как вам кажется, общество не забыло о «болотном деле»? Какое у вас было ощущение, когда вы находились в зале суда?
 
— Мое мнение, что те люди, которые этим интересовались, они продолжают интересоваться. А те, кто не интересовался, им это неинтересно до сих пор. Мне кажется, общество не изменилось — в процентном соотношении как было, так и осталось. Те, кто не приходил, в соцсетях передавали слова поддержки. Я очень благодарен им за поддержку. Письма очень здорово помогают, чертовски важная вещь. Ответа можно и не дождаться, но писать надо.


Вестник CIVITAS

Обсудить в блоге





На эту тему


На главную

!NOTA BENE!

13.10.2016
Баш на баш

0.022480964660645