Вестник гражданского общества

15.03.2017

Севастиди и другие. Не менее 10 человек осуждены в Краснодарском крае за госизмену и шпионаж

Оксана Севастиди с адвокатами Иваном Павловым (слева) и Евгением Смирновым в ВС РФ
 

15 марта Верховный суд России в закрытом режиме рассмотрел жалобу  46-летней жительницы Сочи Оксаны Севастиди, осужденной за госизмену из-за отправленных другу в Грузию SMS-сообщений о передвижениях российской военной техники в Южной Осетии в 2008 году, и сократил ей срок наказания с семи до трех лет лишения свободы. Практического значения решение Верховного суда для Оксаны Севастиди  не имеет, так как 12 марта она уже вышла на свободу, помилованная президентом. Адвокат Севастиди Евгений Смирнов заявил, что защита намерена добиваться полной отмены приговора как незаконного.
 
Сама Севастиди после оглашения сказала, что по-прежнему считает свой приговор несправедливым. Н о перспективах дальнейшего обжалования женщина рассуждала неохотно. Она объяснила, что сейчас больше всего хочет вернуться в Сочи к матери, которая недавно перенесла инсульт.
 
На вопрос о том, как изменилось ее отношение к власти после двух лет в заключении, Севастиди ответила: «Я все так же люблю своего президента».
 
Весной 2008 года, еще до войны с Грузией, Севастиди написал СМС знакомый из Грузии. Он поинтересовался, нет ли в районе Сочи военной техники. Севастиди ответила, что видела состав с военной техникой.
 
Спустя семь лет, в 2015-м году, на Севастиди - сторонницу Владимира Путина и члена партии «Единая Россия» - завели уголовное дело. По версии следствия, она совершила измену, разгласив государственную тайну. По словам одного из адвокатов Севастиди Ивана Павлова, в материалах дела была справка, предоставленная службой госбезопасности Абхазии. В ней говорилось, что знакомый Севастиди работает на грузинскую разведку.
 
«До определенного момента следователь говорил, что все будет хорошо, что я пока только подозреваемая», - вспоминает Севастиди. Но, несмотря на его заверения, в середине января 2015 года женщину арестовали. Семья нашла защитника - Руслана Зурнаджяна. Он, как рассказывала Севастиди, почти не занимался делом и посоветовал признать вину, «чтобы меньше дали». По словам одного из новых адвокатов Севастиди, Евгения Смирнова, на прениях в суде первой инстанции его предшественник сказал: «Уважаемый суд, моя подзащитная, безусловно, виновна».
 
Краснодарский краевой суд 3 марта 2016 года признал Оксану Севастиди виновной в государственной измене (ст. 275 УК РФ) и приговорил к семи годам лишения свободы. Апелляцию на приговор Зурнаджян подавать не стал. Севастиди отправили отбывать наказание в Ивановскую область. «Над моим приговором в колонии только посмеялись. Сказали, что такого не бывает», - рассказывает женщина.
 
Главной проблемой для нее стали не отношения с заключенными, а слабое здоровье и тяжелые условия труда. В заключении у Севастиди обострилась гипертония. Но в колонии решили, что это не мешает женщине работать на швейном производстве. По словам Оксаны, рабочий день длился 14 часов, а платили за работу 100 рублей в месяц.
 
Дело Севастиди получило широкую огласку в декабре 2016, когда адвокат Иван Павлов рассказал о судьбе Севастиди порталу «Медуза».
 
23 декабря 2016 года на пресс-конференции президента России корреспондент телеканала RT спросил Владимира Путина, не считает ли тот, что Севастиди наказана слишком сурово.  «Я, честно говоря, не знаю деталей. Но если она что-то написала в своих SMS-сообщениях, она же написала то, что видела, это все видели, а значит, это не представляло из себя никакой тайны большой», ответил Путин и обещал разобраться в деталях дела.
 
Этот же аргумент использовали при защите Севастиди ее новые адвокаты из «Команды 29» - Иван Павлов и Евгений Смирнов. Они подали жалобу на приговор своей подзащитной в Верховный суд. Слушания наметили на 15 февраля, но они были отложены по процессуальным основаниям. Тем же вечером, утверждает Севастиди, её вызвал к себе начальник СИЗО «Лефортово».
 
По словам женщины, он предложил ей написать прошение о помиловании. Такой документ обычно содержит в себе признание вины, а Севастиди после осуждения стала заявлять о своей невиновности. Тем не менее, она под диктовку начальника СИЗО написала прошение. Адвокат Иван Павлов говорил, что в продиктованном тексте были слова о признании вины. Он считает, что нужно разбираться, не оказывалось давление на его подзащитную. Севастиди подчеркивает, что приняла решение обратиться к президенту самостоятельно.
 
7 марта был опубликован указ Путина о помиловании Севастиди. 12 марта она вышла на свободу из СИЗО «Лефортово». К этому моменту бывшая продавщица хлебного магазина из Сочи провела за решеткой около двух лет.
 
15 марта Оксана Севастиди рассказала журналистам о пенсионерке из Адлера, которую, как и ее саму, осудили за SMS-сообщение в Грузию о передвижении российской военной техники незадолго до российско-грузинского военного конфликта в августе 2008 года.
 
«Эту женщину зовут Анико Кесян, она армянка из Адлера, ей 60 лет, и летом 2015 года она была осуждена на восемь лет тоже за SMS, - цитирует ее «Интерфакс». - Сейчас она находится в колонии в Мордовии».
 
Об Анико Кесян Севастиди узнала в СИЗО «Лефортово», где ждала решения ВС РФ по своей жалобе.
 
Адвокат Севастиди Иван Павлов, со своей стороны, сообщил, что его коллеги уже готовят документы для пересмотра дела Кесян, которой вменили в вину отправку SMS в Грузию о военной технике, находившейся на железнодорожном вокзале в Адлере. Он добавил, что в колониях в разных регионах РФ содержатся другие осужденные за отправку SMS своим знакомым, «в том числе касающихся тех же эшелонов, направляемых в Грузию».
 
В ноябре 2014 года по аналогичному уголовному делу была осуждена жительница гражданка Грузии Екатерина Харебава, которая также отправила из Сочи SMS-сообщение своему приятелю, увидев передвижение российской военной техники в сторону Абхазии незадолго до начала войны в Грузии. Краснодарский краевой суд приговорил ее к шести годам заключения за шпионаж. При этом дело также рассматривал судья Владимир Кобзев, который занимался и делом Оксаны Севастиди.
 
Правозащитный центр «Мемориал» признал Екатерину Харебава политзаключенной. Правозащитники подчеркивали, что российская военная техника перед войной с Грузией перемещалась открыто и ее видели многие люди. Следовательно, информация о таких перемещениях не может быть секретной.
 
По словам адвоката «Команды 29» Леонида Ерченко, непонятно, почему спецслужбы так долго ждали, чтобы привлечь Севастиди и Харебаву к ответственности. Неясно и как следователям удалось получить смс, отправленные за семь лет до возбуждения дел. По действовавшему на 2008 год постановлению Правительства РФ, операторы связи обязаны хранить в течение трёх лет только метаданные звонков и сообщений: номера абонентов, их имена, но не содержание.
 
Екатерину Харебава в 2016 году освободили по российско-грузинскому соглашению о взаимном освобождении граждан, и она уехала в Тбилиси. Освобождение было неожиданным: её старшая дочь вместе с  адвокатом обратились к властям Грузии, заставив их обратить внимание на судьбу женщины. По её словам, одновременно с ней выпустили ещё двоих граждан Грузии, осуждённых за шпионаж.
 
Екатерина Харебава сказала «Команде 29», что после освобождения её перевезли в Москву секретным этапом. Оттуда она вылетела в Тбилиси вместе с другой девушкой. Третья освобождённая решила остаться в России.
 
Сейчас Екатерина живёт в Тбилиси. Она до сих пор боится российских спецслужб и опасается приезжать в Россию, хотя официального запрета на въезд нет.
 
Харебава рассказала также о своей соседке по камере, Инге Тутисани. В июне 2014 года Краснодарский суд также осудил её за государственную измену. По словам Харебавы, Инга переписывалась с гражданином Грузии, отправила SMS, через несколько лет к ней пришли силовики. Отбывать наказание Тутисани отправили в женскую колонию в Вологде, где она, вероятно, пребывает и сейчас. В другой камере, рассказывает Харебава, сидела Марина Джанджгава, осужденная за госизмену на 12 лет. В июле 2014 года по той же статье осудили Манану Капанадзе.
 
За 2013 — 2016 годы в Краснодарском крае не менее 10 человек осудили за госизмену и шпионаж: это почти четверть от всех приговоров по таким делам в РФ. «Мы не знаем и, возможно, не сможем узнать всех имён и обстоятельств задержания. Из подвала, где проходят суды, арестанты уезжают в неизвестном направлении, после ими никто не интересуется», - пишут http://guide.team29.org/krasnodar    журналисты «Команды 29».
 
«Сценарий дел о госизмене и шпионаже, как правило, одинаков. Человека задерживают рано утром, увозят к следователю, где его ждет адвокат по назначению, на первом допросе подследственный даёт показания, которые, как ему кажется, все прояснят — происходящее кажется абсурдным. Дальше следует предъявление обвинения и подписка о неразглашении с родственников. Спецслужбы настоятельно советуют не связываться с прессой, адвокат по назначению рекомендует дать признательные показания — мол, «скидка выйдет».
 
Заседания дел по госизмене и шпионажу в Краснодаре проходят в подвале соседнего с краевым судом административного здания и за тяжёлыми железными дверьми. Кого судят за ними сейчас, неизвестно. Скорее всего, его — или её — имя мы узнаем, только когда он — или она — отправится в колонию».
 
Адвокат Иван Павлов говорит, что в делах о гостайне и госизмене все зависит от родственников. «И в деле Светланы Давыдовой, и Геннадия Кравцова все так и было. Родственникам советовали ни с кем не связываться, молчать. Большинство и будет молчать. Мать Севастиди правоохранители кормили обещаниями, говорили, что все будет хорошо, через год выпустят, а потом не срослось. За эти обещания никто не ответит, поэтому молчать нельзя. Нужно двигать ножками, как лягушка, которая взбила молоко в масло, связываться с адвокатами — от адвоката многое зависит».


Вестник CIVITAS

Обсудить в блоге





На эту тему


На главную

!NOTA BENE!

13.10.2016
Баш на баш

0.020941019058228