Вестник гражданского общества

26.10.2017

Заложники Норд-Оста: 15 лет без сочувствия и поддержки


15 лет назад, 26 октября 2002 года, произошло трагическое разрешение трехдневного захвата заложников в театральном центре на Дубровке в Москве. Тогда, на исходе ночи российские власти прервали переговоры с террористами, требовавшими вывода российских войск из Чечни, и начали штурм здания, предварительно пустив в зал, в котором находилось около тысячи человек – артистов и зрителей мюзикла «Норд-Ост», работников театрального центра – отравляющий газ, состав которого до сих пор засекречен. По официальным данным, в результате той «спасательной операции» погибли 130 заложников, по данным общественной организации «Норд-Ост» их 174 человека, более 700 пострадали, все террористы были убиты.
 
Одной из основных причин большого числа погибших стала неправильно организованная эвакуация находящихся без сознания заложников. Живых и мертвых заложников складывали штабелями на асфальт перед зданием театрального центра, потом всех грузили в автобусы и машины. В автобусы заложников сажали с запрокинутой назад головой. Из-за этого люди захлебывались рвотой, вызванной действием газа, и умирали от удушья.
 
Тринадцатилетнюю Сашу Губареву раздавили в автобусе, который пришел в 1-ю Градскую больницу. Она оказалась на дне автобуса, а сверху лежали более 30 человек.

Кроме того, власти не обеспечили освобожденным людям своевременной и квалифицированной медицинской помощи. Врачам, спасавшим заложников, не сообщили ни о примененном газе, ни о необходимых антидотах.
 
В ФСБ заявили, что на Дубровке была применена «спецрецептура на основе производных фентанила». А президент Владимир Путин объявил газ «безвредным».
 
Точный состав газа неизвестен до сих пор. Также неизвестно, по чьему приказу газ был применен. Минздрав назвал формулу государственной тайной.
 
Многие выжившие заложники стали инвалидами. После взаимодействия с ядовитым газом у людей нарушилось кровообращение, функции дыхания. 12 человек полностью оглохли. У многих сильно упало зрение. Заложникам ставят диагноз «пропадание памяти».
 
Родные погибших до сих пор не получили внятных ответов от властей – от какого именно газа, пущенного в зал перед штурмом, погибли их близкие, что еще могло быть причиной гибели заложников, как террористы привезли оружие в Москву и захватили ДК, сколько их было на самом деле и почему участников штурма награждали тайно.
 
Следствие по делу приостановлено, из него периодически выделяются отдельные дела, происходит возобновление процесса на один-два месяца, после чего дело вновь приостанавливается.
 
В 2011 году Европейский суд по правам человека рассмотрел коллективную жалобу пострадавших в теракте и признал, что российские власти нарушили право на жизнь и на справедливое судебное разбирательство. Суд обязал Россию выплатить денежные компенсации семьям жертв теракта и расследовать обстоятельства гибели 130 человек. Однако Следственный комитет России отказался возбуждать уголовные дела в отношении лиц, ответственных за штурм театрального центра.
 
В 2014 году был задержан подозреваемый в причастности к теракту 41-летний Хасан Закаев. В марте этого года Московский окружной военный суд признал его виновным в том, что он организовал доставку оружия и взрывчатки террористам. Закаев получил 19 лет колонии строгого режима. Адвокат Карина Москаленко заявила, что своим решением суд лишил потерпевших возможности установить подлинных виновников гибели людей в театральном центре.
 
Утром 26 октября возле театрального центра на Дубровке прошла традиционная акция памяти погибших.  
 
В очередную годовщину спецоперации журналистов и полицейских на улице Мельникова собралось едва ли не больше рядовых москвичей, сообщает «Эхо Москвы». В условиях повышенных мер безопасности на ступенях здания театрального центра сегодня выставили 130 свечей, а также портреты погибших в результате теракта и последующего освобождения заложников. Сценарий привычный уже 14 лет — минута молчания, возложение цветов к мемориальной доске, ближе к концу в небо отпускают белые воздушные шары.
 
Журналист Михаил Фишман обратил внимание на то, что спустя 15 лет эта трагедия оказалась полностью вытесненной из памяти. По его словам, на траурной церемонии «было около ста человек – родственники погибших, журналисты и несколько активистов, которые давно этим занимаются».
 
«Из известных людей был Кобзон – он каждый год приходит, – и потом подошла Собчак. Никого от Кремля, никого от правительства, никого от московской власти, никого от москвичей, никого вообще. Как будто ничего этого не было. Что мы, в принципе, и так понимаем – осознаем, что “Норд-Ост” вытеснен полностью, – но видеть это своими глазами было мучительно грустно», – пишет Михаил.
 
Он добавил, что «те, кто пришел, держатся хорошо и продолжают бороться – и за истину, и за память, – но скорее по инерции, механически, просто потому, что это с тех пор их жизнь. Человек ко всему привыкает – вот и они за 15 лет научились жить без сочувствия и поддержки».

Вспоминает Григорий Явлинский: «В октябре 2002-го я был там. Вел прямые переговоры с боевиками об освобождении заложников. Террористы обещали мне освободить людей в обмен на телефонный разговор Путина с Масхадовым. В подтверждение своей готовности боевики отпустили восемь детей. Но в Кремле уже был другой план, они готовили операцию... Во время штурма погибло очень много людей, погибли дети.
 
Теракт на Дубровке стал одним из ключевых моментов в истории современной России – тогда новые власти сделали выбор не в пользу сохранения жизни людей. Через два года был Беслан с сотнями погибших... А сегодня наша страна ведет две войны на территории других государств, потеряв счет жертвам.
 
То, что случилось 15 лет назад в Москве, – наше общее поражение, наша общая трагедия. Ни один российский политик и даже ни один гражданин не может снять с себя ответственность за случившееся. Вечная память погибшим. Искреннее сочувствие и соболезнование родным и близким. Сил и здоровья выжившим».


Вестник CIVITAS

Обсудить в блоге





На эту тему


На главную

!NOTA BENE!

13.10.2016
Баш на баш

0.015602827072144